Донбасс. По ту линию фронта

Posted by on 07/11/2015

«Я считаю, что человеческого разума достаточно, чтобы не допустить войн. Уничтожение себе подобных — это глупейшая вещь, придуманная людьми» (из книги «Они сражались за родину»). Я согласен с этими словами, поэтому являюсь сторонником мира, не поддерживая ни одну из сторон вооружённого конфликта на Донбассе. Моя поездка в Донецк никоим образом не была связана ни с войной, ни с политикой вообще. Я — путешественник, которому интересно увидеть всё своими глазами и описать, как есть, без предвзятости. В этой заметке отражён именно такой взгляд.

 

                          Как я добрался в Донецк

 

13 октября я оделся потемнее, чтобы внешне сильно не выделяться, и отправился на восток Украины. На следующий день я выехал из Киева поездом в Константиновку, в 13 вагоне . Суеверный человек, скорее всего, боялся бы такого совпадения, но я улыбался и, как всегда, сохранял положительный настрой. Пассажирами  вагона были по большей части жители зоны конфликта, а также военные. Со мной в купе ехала женщина из Макеевки, живущая в доме, в который попал снаряд и убил её соседку. Вторая женщина была из Донецка, но временно проживающая в Киеве. Она мне подробно рассказала, как люди ездят через линию фронта.

А ещё в купе ехал дед Павел из Горловки, который несколько раз предлагал мне водку, но я тактично отказывался. В разговоре я пожаловался, что у нас в Карпатах из-за мокрого снега не было электричества 2, 5 суток. На это дед Павел ответил очень интересно: «Вот у нас в Горловке 2, 5 месяца не было ни света, ни воды. Беру я в рюкзак два бутеля , сажусь на велосипед и еду за город набрать воды. Над головой мины свистят, а я еду, пить то хочется».

15 октября. С вокзала города Константиновка отправляется множество автобусов в Артёмовск. В один из них я еле пропихнулся, народ с киевского поезда теснил. Водитель резко сказал: «По 20 гривен сразу передали!» При этом он сделал ударение на слове «сразу». Резкость и прямолинейность отличают менталитет донецкого региона.

На блокпосту рядом с городом Часов Яр украинский солдат остановил наш переполненный автобус.

— Подозрительные пассажиры есть? — услышал я его вопрос, обращённый к водителю.

— Нет. Всё нормально, — был ответ.

— Проезжайте. Счастливого пути! — вежливо сказал солдат.

— Береги себя, сынок, — пожелал в ответ водитель автобуса.

В Артёмовске, на автовокзале, выходя из автобуса задом, я ступил ногой прямо в кровь. «Кого убили?» — была первая мысль. Но, осмотревшись вокруг, я увидел под деревом мёртвую собаку. Поверьте, в этот момент я испытал сразу же облегчение.

Пассажиры, в том числе и я, которым нужно было ехать до Майорска, доплатили водителю по 10 гривен, чтобы тот отвёз нас на нужную автостанцию на окраине города. А там оказалась очередь на автобус человек 150! Благо, что автобусы отправлялись по загрузке, поэтому ждать пришлось всего около получаса. Стоимость проезда до Майорска — 30 гривен, автобус заполняют до отказа.

Сразу за Артёмовском блокпост, на котором украинские военные тщательно проверяют каждого пассажира. Когда пассажиры стали выходить из автобуса, подошёл человек с автоматом и объявил: «Так, никто не рвётся вперёд. Подходим ко мне по одному человеку уже с открытыми сумками. Торгаши сразу на разворот. Всем понятно?» Сумки проверяют прямо на земле, роются в них очень небрежно. После этой процедуры паспортный контроль в вагончике у дороги. Здесь же пробивают по базе данных на наличие пропуска. Кстати, свой пропуск для пересечения линии фронта я оформил на сайте СБУ Украины: https://urp.ssu.gov.ua/

Чтобы не ждать свой автобус, я попросился в уже отправляющийся. Водитель согласился меня взять за 10 гривен и спустя полчаса я был на блокпосту «Майорск». Здесь последняя проверка украинскими военными, после чего пешком пришлось переходить через линию фронта. Дорога в этом месте с латками из щебёнки, которыми засыпали воронки от взрывов. Вдоль дороги стоят знаки «мины», поэтому ходить в посадку в туалет лучше не стоит.

По ту линию фронта встречают уже ополченцы ДНР и снова проверка документов и вещей. К моему удивлению, когда я проходил через блокпост, на меня даже внимания никто не обратил. Так я и «проник» в самопровозглашённую республику без шмона. Эх, если бы так и дальше меня не замечали!

Майорск находится совсем рядом с Горловкой. Отсюда едут прямые маршрутки в Донецк, к Южному автовокзалу, по 100 гривен. Есть и другой путь — автобусами с пересадкой в Горловке, он дешевле немного. Но, чтобы поскорее попасть в Донецк, я сел в маршрутку. Около 20 минут мы пробирались мимо встречной двухкилометровой очереди автомобилей, направляющихся в сторону Артёмовска. Нетерпеливые водители заезжали на встречную полосу и приходилось ждать, пока они сдадут назад или найдут себе окно для парковки. Здесь все на нервах, ждать приходится часами, а иногда и ночевать в этой очереди.

При въезде в Горловку перед блокпостом заметил такую надпись на фоне мешков с песком: «Добро пожаловать домой».

WP_20151015_003На самом же блокпосту другая надпись: «Были в Енакиево, будем и в Киеве». Дорога на Донецк хорошая, но местами заметны следы войны. Перед самим Донецком, на дороге в сторону аэропорта, взорван мост, а вокруг него видны следы перестрелок. Здесь дорожные знаки представляют собой решето, отбойные ограждения простреляны и валяются прямо на дороге, деревья в посадке изломаны, а на обочине есть сгоревшие машины. Дорога в аэропорт закрыта, а въезд в Донецк осуществляется через Макеевку. По пути к Макеевке на трассе валяется взорванный железнодорожный мост, через обломки которого проезжает одновременно только 1 автомобиль. Повсюду видны следы человеческого безумия под названием «война».

 

                              А в Донецке продолжается жизнь

 

В Донецк я въехал со стороны Макеевки и вышел из маршрутки на перекрёстке, который называют «Мотель». Первое, на что сразу обратил внимание — в городе много людей в военной форме, но без оружия. От «Мотеля» я добрался городским транспортом в Пролетарский район к своим друзьям. Пока Виктора и Татьяны не было дома, я сидел у подъезда на лавочке и писал свой дневник, затем читал Библию и просто слушал шелест листьев от порывов ветра. В эти минуты не верилось, что война в Донецке — это реальность.

После обеда мы с Виктором отправились смотреть город. Мне было очень интересно увидеть своими глазами, что изменилось в Донецке с моего последнего, ещё довоенного посещения. Повсюду видна символика ДНР, особенно много флагов. На билбордах реклама несостоявшихся выборов. Популярен лозунг одного из кандидатов:»Большая страна начинается с маленькой родины». На дорогах машин стало намного меньше, дончане забыли, что такое «пробки». Город опустел, людей стало намного меньше, чем было до войны. Большие маркеты и офисы закрылись, по большей части. Но жизнь продолжается, люди ходят на работу, гуляют в парках, сидят в кафе. Правда, жизнь нелёгкая у простого народа, ведь банки и банкоматы не работают, почта не работает, в магазинах ассортимент продуктов небольшой и стоят они дорого. В обороте русские рубли, а  гривну нужно менять в обменниках или в недавно открывшемся банке ДНР.

Вопреки некоторым сообщениям, на улицах Донецка нет тяжёлой военной техники, марширующих ополченцев и засевших снайперов. Иногда только по дорогам проносятся военные машины с людьми, нарушая правила дорожного движения. Я так понял, что у них преимущество по умолчанию.

Съездили мы также на Донбасс-Арену, известный футбольный стадион. Стоит на месте, ничего с ним не случилось.

DSC00462В парке рядом с Ареной гуляют мамы с детками, в пруду плавают утки, во дворе разгружают грузовики с надписью «Гуманитарная помощь от Рината Ахметова». А вот зданиям совсем рядом с Донбасс-Ареной повезло меньше. Например, Дворец молодёжи «Юность»сильно пострадал от обстрелов. Дыры в стенах завесили огромными шторами, а перед входом вывесили надпись: «Мы работаем!»

DSC00473Областной краеведческий музей и вовсе взорван, стоит в руинах. Многие жилые дома по городу пострадали от обстрелов, в них повылетали стёкла или провалы в стенах. Чем ближе к аэропорту, тем больше следов войны, если я правильно оценил ситуацию.

Вечером мы ещё гуляли по парку, в котором порядок охраняют полицейские, после чего вернулись маршруткой домой к Виктору. Пролетарский район, где он проживает, считается самым безопасным в городе, в него даже переехали дончане из более опасных районов. Виктор говорит, что за всю войну в район прилетело только 2 снаряда, но отсюда стреляли из «градов» по украинским позициям.

16 октября. До обеда мы решили посетить парк имени Щербакова. Это крупнейший парк на территории Донбасса, в 2012 году был удостоен престижной премии «Золотой Пони» и признан лучшим в Европе. Кстати, парк носит имя Александра Сергеевича Щербакова, видного советского партийного и государственного деятеля, секретаря Донецкого обкома. В прогулке по парку к нам с Виктором присоединился наш общий друг Евгений, который специально для этого приехал из Зугреса.

Парк Щербакова от войны не пострадал физически, но посетителей уменьшилось. Оно и понятно, что не до гуляний сейчас. Но, тем не менее, работают некоторые аттракционы, в том числе колесо обозрения, работает и аквапарк «Royаl Marine». В фонтанах «японского сада» воды не было, а ведь так хотелось сфотографироваться на фоне действующего фонтанчика. Танцевальная площадка также закрылась. А вот беседки, лавочки, аллеи и насаждения вдоль стадиона «Шахтёр» также прекрасны, как и 2 года назад, когда я их видел последний раз. На набережной пруда красуется скульптура льва, недалеко от него такая же лошадка, на которую мы по очереди влезали фотографироваться на фоне города.

DSC00488И вообще, настроение в этот день было хорошее, мы много шутили и смеялись, снимались на видео, а после обеда расстались. Я уезжал в другую самопровозглашённую республику.

 

                      Енакиево, Углегорск, Дебальцево, Алчевск…

 

За 180 русских рублей я купил билет на автобус из Донецка в Алчевск. Мне предстояло проехать по трассе в сторону Луганска как раз через города, в которых велись самые ожесточённые сражения. Линия размежевания проходит сейчас севернее дороги Донецк — Луганск. Вдоль неё видны боевые позиции ополченцев, напротив них стоит украинская армия.

На перекрёстке перед Енакиево обязательно нужно сворачивать в город, потому что впереди трасса разбита. Северная окраина города расстреляна, некоторые частные дома уничтожены полностью. Девятиэтажка, в которой ранее проживал Янукович, не пострадала. Проехав через город, автобус выезжает на насыпную дорогу и добирается снова до трассы.

Проезжаем маленький городок Углегорск. Это вообще ужас! Ему недалеко осталось до Припяти, война превратила его в город-призрак. После обстрелов «градами» двухэтажки стоят без крыш, на стенах не осталось живого места от осколков и пуль, а стёкол в окнах я лично вообще не видел. Жильцы забили оконные проёмы досками или заложили матрасами.  На удивление, в Углегорске ещё люди живут.

Подъезжая к Дебальцево, автобус остановился на стратегически важном перекрёстке, где пересекаются автодороги Харьков — Ростов и Донецк — Луганск. Мне это место знакомо, потому что пару лет назад я здесь ставил палатку на территории заправки. Я посмотрел на то место, где была палатка, а там воронка. Дерево, под которым я спал, упало от взрыва и всё завалило. Заправка ещё работает, но крыша у неё сгорела. В сторону Харькова дорога перекрыта бетонными блоками.

Дебальцево мало отличается от Углегорска, только здесь разрушены не двухэтажки, а пятиэтажки. В частном секторе примерно каждый третий дом уничтожен или серьёзно пострадал. Коммуникаций в городе нет никаких, электрические столбы завалены, провода висят как попало. Здесь и жителей осталось очень мало. Я подумал: «а что же эти бедные люди будут делать зимой?»

Меня удивило, что между ДНР и ЛНР существует граница. На блокпосту в автобус зашёл «пограничник» и объявил: «Пограничный контроль. Всем мужчинам приготовить паспорта.» Я заволновался, потому что на предыдущих блокпостах уже надоело всем ополченцам объяснять, почему у меня прописка в Житомирской области. «Пограничник» посмотрел мою прописку, сунул себе в карман мой паспорт и пошёл дальше проверять паспорта мужчин в конце автобуса. На обратном пути спросил: «Вы к кому едете? какой адрес? номер телефона?» Я утвердительно ответил на его вопросы, после чего он отдал мне паспорт и даже пожелал счастливого пути.

Мы ехали до Алчевска вдоль железной дороги, которая уже не действует. Местами рельсы лежат в стороне, их отбросило взрывом. Электролиния или висит беспорядочно, или отсутствует вовсе. Посадка местами скошена взрывной волной. Перед Перевальском вдоль дороги шло около 10 вооружённых автоматами и гранатомётами ополченцев ЛНР. А на заправке в Перевальске я видел три машины миссии ОБСЕ.

Насмотревшись ужасов войны в дороге, я приехал в Алчевск ближе к вечеру. Этот город выглядит повеселей, в нём даже светофоры работают. Кстати, крупный металлургический комбинат тоже работает, он не пострадал. Хотя перебои с водой и поставкой продуктов питания всё же есть. Например, на автовокзале в туалете воды не оказалось, но работница предложила мне мыло, слила воды на руки и дала полотенце. Это удовольствие стоило 5 рублей. Зашёл в супермаркет «Айсберг» и обнаружил, что ассортимент товара очень небольшой, только самое необходимое и то дорого.

Люди, у которых я останавливался, рассказывали, что самое страшное время было, когда шли сражения за Дебальцево, это в 25 км от Алчевска. Круглосуточно слышны были перестрелки и взрывы, «грады» работали прямо из города, а ночью зарево на горизонте не давало спать. Хотя по Алчевску почти не стреляли, но люди были напуганы и массово выезжали из города. Оставшиеся жители оборудовали подвалы домов для убежища и делали запасы еды. От страха было непонятно, что делать и куда бежать.

 

                          Без приключений не обошлось

 

17 октября. В этот день я планировал возвращаться и попасть к вечеру в Харьков. В Горловку ехать было далековато и я решил попробовать другой переход через линию фронта — из Первомайска в Лисичанск. Переход не работает, но таксисты и даже сами военные за оплату перевозят через линию фронта. Решил рискнуть, но на блокпосту перед Первомайском я понял, что это было ошибочное решение.

В автобус вошёл пьяный ополченец с автоматом для проверки паспортов. После того, как он разглядел мою прописку, отобрал паспорт и грозно рявкнул: «Берите вещи и идите за мной! Вы уже приехали, куда вам надо!» Автобус уехал, а я остался на этом проклятом блокпосту в компании около десятка вооружённых до зубов ополченцев ЛНР. По мобильной связи вызвали командира из Первомайска, а мне сказали: «Вот он тебя арестует и будешь ему объяснять, что ты не разведчик».

Ждали командира 25 минут. За это время у меня была возможность общаться с вооружёнными ополченцами и слышать, о чём они говорят между собой. Так вот, двое из них обсуждали тему подорожания айфонов в Луганске, а ещё один рассказывал сослуживцам, как он обнаружил в машине бизнесмена гранатомёт. Один из ополченцев, похоже, что старший по званию, спросил, зачем я еду через линию фронта.

— Возвращаюсь домой из путешествия, — ответил я.

— Нашли время путешествовать. А чем докажете, что вы путешественник, а не шпион? — настаивал он.

— Вот, у меня документ есть, — я ему протянул документ путешественника, подписанный мэром Коростеня. Военный бегло прочитал и молча отдал назад.

— В армии служили? — спросил он дальше.

— Нет, не служил по религиозным убеждениям.

— А какая вера? — заинтересованно спросил человек с автоматом.

— Свидетель Иеговы, — ответил я.

— А, понятно. Я знаю ваших ребят, нормальные пацаны, всегда довольные жизнью.

В этот момент подошёл один из ополченцев, который слышал наш разговор и сказал: «моя мать тоже в вашей вере». После этого напряжение заметно спало и завязался непринуждённый разговор о Библии. Во время беседы один из солдат рассказал, что знал священника русской православной церкви, воевавшего против украинской армии и жестоко пытавшего пленных.

Наш разговор прервал приезд командира, который примчался на чёрном джипе с номерами ЛНР в сопровождении двоих автоматчиков. С довольным видом он подошёл ко мне и ярко выраженным московским диалектом спросил:

— Ну чё, путешественник? куда едешь?

— Домой уже еду.

— Скажи, в Египте был? А в Испании тоже был? — не унимался командир.

— Конечно был.

— А как тебе Луганская республика? — задал он провокационный вопрос. Вот здесь нужно было проявлять осторожность в словах, потому что всё решает человеческий фактор. Я отвечал сдержанно и без эмоций.

— Здесь тоже люди живут. Только жаль, что война. — ответил я. Именно в этот момент в городе произошёл взрыв. Вот так совпадение!

— О, видишь, ваши по нам лупят. Сегодня ты здесь не проедешь, — прокомментировал взрыв командир. Буквально сразу ему по рации доложили о координатах взрыва.

— А как же я попаду в Лисичанск? — спросил я командира из России.

— Ладно, не будем мы тебя арестовывать, вижу, что путешественник. Езжай в Горловку, а там дальше знаешь, как, — таким был ответ. Командир отдал мне паспорт и укатил назад в Первомайск. Через 5 минут ехал автобус на Стаханов и я вернулся назад. В Стаханове, пока ожидал автобуса на Алчевск, стал свидетелем ссоры двоих мужчин в длинной очереди за хлебом.

WP_20151017_001

 

                                   Как же мне успеть в Харьков?

 

В Алчевске на автовокзале я узнал, что до ближайшего автобуса в Горловку ещё целых 2 часа. Уже было 13-05, а впереди 330 километров пути и множество блокпостов. Как же мне успеть в Харьков? Решил ехать автостопом и это решение было правильным. Только вышел на дорогу, как сразу остановил белую «тойоту». Я попросился до перекрёстка в Дебальцево и водитель согласился. Это был приятный молодой человек по имени Игорь, менеджер туристической кампании.

— А куда вы дальше едете? — поинтересовался я.

— Дальше в Горловку.

— О, и я тоже, — обрадовался я. — А дальше едете?

— Еду в Харьков. А вообще я еду в Киев. Но по пути буду брать ещё троих пассажиров. Если хотите, можете со мной хоть до Киева, — пригласил Игорь. Вот так неожиданно я застопил машину из Алчевска до самого Киева.

Когда мы подъезжали к границе ДНР и ЛНР, я объяснил Игорю ситуацию с моей пропиской. «Ничего, что-нибудь придумаем», пообещал он. На блокпосту подошёл пьяный ополченец с автоматом, обвешанный гранатами и сказал: «Внутренние войска. Проверка документов. Ваши паспорта».  Игорь предусмотрительно положил свой паспорт сверху. Когда солдат открыл паспорт Игоря, мы услышали: «Какая интересная фамилия — Калашников!» После этого он расслабился и не придал значения моей прописке. Когда мы отъехали немного, я осознал, как мне повезло, что меня не высадили на этом раздолбанном войной блокпосту пьяные ополченцы.

В Майорске, на удивление, очередь на выезд была небольшая и мы стояли всего полчаса. Прощай, Донецк! Когда стали приближаться к первому украинскому блокпосту, Игорь на полную громкость включил музыку, пел Кузьма Скрябин на украинском языке. У солдат это вызвало улыбку и они быстро нас пропустили. До Харькова я насчитал 8 таких блокпостов, но на них задержка для проверки документов была минимальной. В районе Славянска мост через реку лежит в реке, поэтому объезд по понтонному мосту. В этом районе также есть немало разрушенных домов.

По пути Игорь взял троих пассажиров, как и обещал. Одним из них был его его директор Андрей, за которым мы заезжали в Славянск. Здесь же села девушка Ира из Севастополя, а студента Анатолия мы взяли ещё в Горловке. Ехать стало веселей, все по очереди читали и фотографировали мой документ путешественника. По этому поводу Андрей сделал резюме: «Вот чего не видел, того не видел».

В Харьков мы приехали в 19: 20 и я решил остаться, потому что меня ждали друзья. А у друзей в гостях был Марк из Северной Ирландии. Во время ужина в приятной компании я эмоционально рассказывал о своих приключениях на Донбассе, по ту линию фронта. И ещё у меня было ощущение уверенности и спокойствия, я чувствовал себя дома.

 

                                                    Что я понял?

 

18 октября. Друзья везли Марка на экскурсию в Опошню, а это означало, что нам по пути около 70 км. По пути мы ещё общались, пока я не вышел на повороте в Коломак. Жаль, что так мало времени провёл с такими хорошими людьми.

До Киева решил ехать автостопом. Поэтому намеренно пропустил рейсовый автобус. Через полчаса остановилась машина. Я сказал водителю, что еду в сторону Киева. А он ответил, что как раз в Киев и едет. Вот так повезло снова! Хотя Валентин говорил, что он плохой собеседник, но мне было с ним интересно. Время пролетело быстро и уже в 15-30 я вышел на станции метро «Вырлица». А дальше вокзал, поезд до Ивано-Франковска, автобус до Косова и я дома ))

После путешествия на Донбасс я утвердился в убеждении, что уничтожение себе подобных — это глупейшая вещь, придуманная людьми. Самопровозглашённые территории ДНР и ЛНР  не что иное, как утопия и одновременно большой бизнес для избранных. А кто теперь будет строить дома людям? А кто залечит их эмоциональные травмы? И кто вернёт погибших родственников? Ломать — не строить и, я думаю, что уйдут десятилетия а восстановление Донбасса, если его вообще кто-нибудь будет восстанавливать.

Ездить в Донецк не советую, разве что вам очень нужно. Это опасно особенно для мужчин. Чем западнее у вас прописка, тем сильнее это напрягает ополченцев на блокпостах. Вас замучают глупыми вопросами типа: «ты разведчик? ты шпион? ты воевать приехал?» Там всё решают люди с оружием, пропитанные алкоголем и порой психически неустойчивые. Всё зависит от человеческого фактора и никто не знает, как с вами будут обращаться через минуту. Я лично чувствовал себя на Донбассе очень неуютно, даже напряжённо, хотелось поскорее покинуть эту территорию. Зато теперь больше понимаю, насколько ценны мир и безопасность.

Больше фото смотрите здесь:  ДНР + ЛНР

 

One Response to Донбасс. По ту линию фронта

  1. Наталья

    читала все с большим интересом,спасибо.Да,героический поступок-увидеть все своими глазами и сделать выводы.Это ни то что сидеть по уютным кабинетах и рассуждать.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *